Пятьдесят Врат Бины

Одни и те же пятьдесят врат в четырёх чтениях. Пятидесятые во всех четырёх остаются в стороне и закрытыми.

Стих, с которого всё начинается

Всё, что традиция говорит о пятидесяти вратах, выросло из одного короткого места в Талмуде, где нет ни перечня, ни описания врат, ни даже имени того, кто это сказал.

Сказано это анонимно: «Рав и Шмуэль, один из них сказал», и даже Талмуд не называет того из двоих, который сказал это первым. Число сорок девять выводится из другого стиха, который Раши разбирает как семь семериц, семь на семь, и поэтому врат пятьдесят, тогда как доступных человеку только сорок девять.

Четыре перечня, которые не сходятся

Поскольку Талмуд называет число, но не называет содержание, каждая школа заполнила пробел по-своему. Получились четыре перечня, которые не сводятся друг к другу ни по содержанию, ни по устройству, и сам этот разнобой составляет предмет разговора, а не его изъян.

Пятидесятые

Талмуд не говорит, какие врата не даны. Развёртывает это Рамбан во введении к комментарию на Тору, где врата названы лестницей постижения: от неживого к растениям, к деревьям, к скоту, к птицам, к гадам, к рыбам, к разумной душе, к небесам и их воинствам. Всё, что прошло через эти сорок девять врат, Моисей записал в Торе явно или намёком, словами, числовым значением букв или их начертанием.

А пятидесятые составляют знание самого Творца, не переданное никому из сотворённых.

Лестница Рамбана и шесть порядков Кирхера устроены одинаково: минерал → растение → животное → человек → ангел → Бог, и похоже, что Кирхер опирался на готовую еврейскую лестницу, просто дав ей христианские имена. Это наблюдение архива, а не утверждение источника.

Изнанка: пятьдесят врат нечистоты

У Кордоверо у этой структуры есть зеркало: пятидесяти вратам святости отвечают пятьдесят врат нечистоты, טומאה, в которые был погружён Египет, и чтобы вывести оттуда народ, нужно было излияние из всех пятидесяти врат сверху.

Это тот случай, когда об изнаночной структуре прямо сообщает сам источник, а не позднейшая традиция. И у неё есть адрес на Древе: врата принадлежат Бине, тогда как изнанку Бины зовут Сатариэль, чьё имя значит «Сокрытие Бога».

Врата, которые не открылись даже Моисею, и скорлупа, чья работа состоит в том, чтобы прятать, стоят в одной точке Древа, только с разных его сторон. Это не натяжка ради красоты: это одна и та же сфира, увиденная с двух сторон.

Как врата стали «вратами света»

По-русски чаще всего встречается перечень, известный как шесть порядков Кирхера, и путь его до нас стоит проследить, потому что он объясняет само название.

У Кирхера в «Oedipus Aegyptiacus» это латинский перечень. В 1911 году Уильям Уэсткотт прикладывает его к третьему изданию своего перевода «Сефер Йецира» под заголовком The Fifty Gates of Intelligence, то есть Врата Разумения. А в 1928 Манли Пи Холл, пересказывая Уэсткотта почти дословно, называет их The Fifty Gates of Light, то есть Врата Света.

Переименование не объяснено и ни на чём не основано. Но в таком виде врата и разошлись по русскоязычной эзотерике, потому что так устроена передача: на каждом звене что-то уточняется в сторону красоты.

Холл поступает честно в главном: он прямо называет и Уэсткотта, и Кирхера как источник. Поэтому цепочку удаётся восстановить целиком. Архив ссылается на Кордоверо и псевдо-Раавада там, где они первоисточники, а на Холла ссылается только там, где речь идёт о нём самом.